Кукрыниксы: мастера плакатно-карикатурной пропаганды

Новым и весьма необычным явлением в плакатной и карикатурной живописи были Кукрыниксы. Это странное название первое время читатели воспринимали за редкую румынскую фамилию. Однако в действительности всё оказалось иначе: это аббревиатура по первым слогам фамилий и имён художников, входивших в этот коллектив. Ими были Михаил Куприянов, Порфирий Крылов и Николай Соколов. Хотя в литературе соавторство трёх человек нельзя назвать слишком редким явлением, для живописи это было уникально. Ещё необычней было то, что данный коллектив просуществовал долгие годы и оставил колоссальное творческое наследие.

Начало творческого пути

Все три художника были из разных городов: Михаил Куприянов из Казани, Порфирий Крылов из Тулы, Николай Соколов из Рыбинска. Куприянов с Крыловым познакомились в 1922 году в Москве, где они вместе учились в Высших художественно-технических мастерских. Сначала они начали работать вдвоём под псевдонимом Кукры, а в 1924 году к ним присоединился Николай Соколов, подписывавший свои работы «Никс», благодаря которому коллектив и получил своё окончательное название. Кроме того, все трое были ровесниками: Крылов родился в 1902 году, а Куприянов с Соколовым – в 1903-м.

Первоначально три друга рисовали шаржи на литературных персонажей и иллюстрации к книгам. В частности, их рисунками иллюстрировались произведения Гоголя, Салтыкова-Щедрина, Горького, Чехова, Ильфа и Петрова. Но потом художники нашли своё призвание – политическая карикатура.

В 1930-е годы Кукрыниксы уже были постоянными сотрудниками газеты «Правда» и журнала «Крокодил». Естественно, все их работы отражали текущую политику властей и обличали только тех, кого нужно было в данный момент властям. О свободе творчества в те годы не могло быть и речи. Большинство работ выполнялось на заказ.

Спустя много лет Николай Соколов вспоминал, как на них повлиял период репрессий и Большого террора:

«Это было перед войной, в период репрессий. Коснулось это и нас. Однажды, в один из дней, исчез Порфирий Никитич Крылов. Его не было очень долго, и мы стали волноваться. Но он всё-таки появился — совершенно подавленный и бледный. Оказалось, его вызывали на Лубянку. Там ему в ультимативной форме предложили доносить на всех художников: о чём разговоры, кто как настроен, у кого какие взгляды… В том числе речь шла не только обо всех наших знакомых, но и конкретно о нас.

Когда Крылов отказался доносить, ему пригрозили. С тех пор у него начался панический страх. Ему всё время казалось, что за ним следят. Мы жили в бельэтаже. Порфирий Никитич часто брал бинокль, чуть раздвигал шторы в мастерской и смотрел в противоположную сторону улицы. Если там останавливался прохожий, ему казалось, что это следят за ним. Отчаяние и страх были настолько сильными, что в течение девяти месяцев он не выходил из мастерской. Он потерял интерес к работе, замкнулся в себе. Когда мы приносили наброски карикатур и спрашивали его мнение, он пассивно говорил: «Делайте, что хотите, я согласен, подпишу».

Что касается критики работ художников, то массовой и целенаправленной её просто не могло быть в те годы, поскольку Кукрыниксы выполняли правительственные заказы в самых тиражируемых газетах и журналах страны. И тем не менее отдельные отголоски критики всё же были. Так, известно высказывание писателя Викентия Вересаева о Кукрыниксах:

«Можно ещё себе представить, что нашёлся какой-нибудь художник, способный на такое оплевание человека. Но чтоб сразу могло оказаться три художника с таким презрением и отвращением к человеку, — не могу понять».

Это «презрение и отвращение к человеку» очень пригодилось Кукрыниксам в период Великой Отечественной войны, когда они рисовали уже не дружеские шаржи, а карикатуры на агрессоров.

В годы войны

В Великой Отечественной войне массово использовались старые и проверенные средства пропаганды – плакаты и карикатуры. Все военные годы Кукрыниксы работали не покладая рук. За четыре года они создали более 1000 работ – то есть в среднем на один плакат уходил один, максимум полтора дня. Их творчество не осталось незамеченным в том числе и для врага: точно так же, как и Левитан, они были внесены в расстрельный список Гитлера.

Первый военный плакат Кукрыниксов

Уже 22 июня, услышав сообщение о начале войны, Куприянов, Крылов и Соколов не задумываясь приехали в редакцию «Правды», где их встретили словами: «Теперь вам троим будет много работы».

И действительно, работы предстояло много, и Кукрыниксы сразу же за неё принялись. Уже спустя пару дней после начала войны на улицах Москвы появился первый военный плакат Кукрыниксов «Беспощадно разгромим и уничтожим врага!». На нём был изображён красноармеец, вонзивший штык в лоб Гитлера, разорвавшего пакт о ненападении. По мастерству исполнения этот плакат можно смело ставить в один ряд с лучшими образцами красной плакатной пропаганды времён Гражданской войны: он прост, выразителен и преисполнен уверенности в победе над коварным врагом.

Последующие работы Кукрыниксов также отличались меткостью задумки, выразительностью и мастерством исполнения. Многие из них посвящались конкретным событиям войны: плакат «Потеряла я колечко…» посвящён Сталинградской битве, «Под Орлом аукнулось, в Риме откликнулось» – Курской битве и последовавшему вскоре после этого свержению режима Муссолини в Италии.

Сотни плакатов и карикатур разоблачали зверства оккупантов, высмеивали руководителей Третьего рейха и его союзников, вселяли в советских бойцов веру в победу. И труды Кукрыниксов не остались незамеченными: в 1942 году, а потом ещё четырежды после войны они были удостоены Сталинской премии. Помимо этого, росла их известность как среди советских граждан, так и за рубежом, работы Кукрыниксов публиковались даже в иностранной прессе стран Антигитлеровской коалиции.

Сами художники потом вспоминали о своих военных буднях:

«Мы делали плакаты, оформляли «Окна ТАСС», а во время войны рисовали листовки для разложения войск противника, и даже обёртки для продуктовых концентратов…

Все военные годы мы выезжали из Москвы на фронт; после снятия блокады в январе сорок четвертого года побывали в Ленинграде. Часто не выпускали из рук карандаша или кисти не только днём, но и ночью, когда нас срочно вызывали в типографию газеты. Иногда после целого дня напряженнейшей работы дежурили на крыше и гасили зажигалки».

Кукрыниксы не зацикливались на плакатах и карикатурах, но пробовали себя и в других жанрах. Например, широко известна их реалистическая картина «Бегство фашистов из Новгорода», которая оказалась не менее удачной. Изображённые на ней разбитые статуи и поджигающие дома немецкие солдаты воздействовали на зрител