Выставка работ русских художников в Америке 1924 года – одна из интереснейших страниц истории отечественного изобразительного искусства. Ей, к сожалению, посвящено на удивление мало исследовательского материала. Долгое время едва ли не единственным доступным источником изучения её были письма представителей оргкомитета – Игоря Грабаря и Константина Сомова, а также комментарии к ним.
В 2004 году в журнале «Русское искусство» появилась довольно пространная статья О. Земляковой и В. Леонидова «Триумф в Америке». Она была написана в связи с передачей русским эмигрантским обществом «Родина» Российскому Фонду культуры собрания картин и документов, связанных с этой выставкой. В статье подробно освещались наиболее важные факты, связанные с упомянутым событием. Но поскольку рамки статьи ограничены, немало информации все же «осталось за бортом».
Это исследование было предпринято с целью дополнить статью и устранить хотя бы часть неточностей, которые «окружают» эту выставку в литературе и интернете.
Краткая история организации выставки. Задумана выставка работ русских художников в Америке была ещё в 1921 году.
Идея принадлежала Ивану Ивановичу Трояновскому, успешному ученому–естественнику, популяризатору науки, автору учебников, активно сотрудничавшему с издательством И.Д. Сытина. Многократно переиздававшиеся учебники по естественной истории и природоведению принесли ему некоторый капитал. Уважавший и ценивший русское искусство, он искренне желал поддержать знакомых художников. Необходимость помощи деятелям искусства, испытывающим в большинстве своем серьезные материальные трудности, была очевидна для многих, впрочем, как и необходимость пропаганды искусства новой страны.
Активную роль в организации выставки сыграл Сергей Виноградов, руководитель «Союза русских художников». Трояновский же, советуясь с Виноградовым, не только по-настоящему загорелся идеей выставки в Америке, но и заразил ею известного издателя Ивана Дмитриевича Сытина. Оба вложили деньги в этот проект.
Сохранился интересный документ: приглашение будущих участников – художников и скульпторов. В нём подробно описаны и цели задуманного мероприятия, и основные требования к экспонентам. Там, в частности, сказано, что, с одной стороны, выставка должна «ознакомить американское общество с русским искусством, а с другой – реализовать наиболее выгодно данные на выставку произведения и тем самым обеспечить художников на более или менее продолжительное время и дать им возможность в будущем спокойно работать». Этими целями определялась просьба предоставлять на выставку «не случайный очередной выставочный материал, не произведения залежавшиеся, непроданные, вернувшиеся с разных выставок обратно в мастерские художников, а произведения, достойно выражающие индивидуальность каждого,… характерные для него, представляющие его с лучших сторон и тем самым верно отражающие лик художественной России».
В этом же документе указана и причина выбора для проведения выставки именно Америки. Сказано, что если после пережитых событий (подразумеваются Первая мировая война, революционные потрясения, серьёзные проблемы в экономике) художественный рынок Европы «просел», то Америка вполне сохранила покупательную способность произведений искусства. После блестящего турне Московского художественного театра на теплый приём надеялись и устроители художественной выставки.
В разных источниках приводится разное количество участников выставки. В списке, приложенном к упомянутому приглашению, перечислены фамилии 100 художников (от Архипова до Ясинского). Желающих принять участие оказалось больше. Однако список был утвержден Комитетом, и некоторым художникам отказали, среди них были Б. Анисфельд, К. Малевич, Р. Фальк, П. Кузнецов, Н. Тархов, В. Мекк, А. Шервашидзе, скульптор Х. Орлова. Это вызвало целый ряд недоразумений – от личных обид до продажи картин через посредников и чуть ли не организации собственных параллельных небольших выставок.
Справочник «Выставки советского изобразительного искусства» приводит список из 74 человек – участников выставки. В специально изданном к открытию выставки каталоге напечатаны 99 фамилий художников (с перечисленными произведениями). Позже были и листы с дополнениями.
Председателем выставочного комитета был объявлен С.А. Виноградов. В президиум вошли: И.Д. Сытин, И.Э. Грабарь, И.И. Трояновский, К.Ф. Юон, И.И. Машков, В.В. фон Мекк. Подключились также К.А. Сомов, Ф.А. Захаров, С.Т.Коненков. Был и московский комитет, в котором работали В.П. Бычков, П.П. Кончаловский, А.В. Лентулов, М.В. Нестеров, Н.П. Крымов и др. Поиски денег, переговоры и переписка продолжались с конца 1921 по декабрь 1923 года.
В выставку включили также работы русских художников, проживавших во Франции (сбор и доставка были поручены В.В. Мекку), и некоторые произведения с Балтийской выставки 1914 года, находившиеся на хранении в художественном музее г. Мальмё (Швеция). Их лично отобрал и доставил в Америку директор Третьяковской галереи И.Э. Грабарь. Он активно «влился» в работу (немалую роль в этом сыграло его знание иностранных языков) и действительно привез из Мальмё работы В. Серова, Б. Кустодиева, скульптуры А. Голубкиной и др. Помощниками в самой Америке (в частности, в Нью-Йорке, где выставка открывалась и должна была работать первые несколько недель) стали Николай Осипович Гришковский и Евгений Иванович Сомов, которые помогли в уменьшении ввозной пошлины и связях с местной прессой. Полезные советы дали и русские художники, уже жившие в Америке.
Зал, развеска. Подходящий по размеру и не слишком дорогой выставочный зал нашли в 12-этажном здании высотой 43,9 м в Нью-Йорк Сити на Лесингтон-авеню (между 46-й и 47-й стрит), там и разместили около тысячи работ приглашенных художников. Здание Grand Central Palace было построено в 1911 году и до 1953 года активно использовалось для организации и проведения различных выставок. В разные годы здесь представляли цветы, спортивные товары, катера и лодки… Сегодня, к сожалению, это лишь воспоминания: в 1964 году здание было демонтировано. В настоящее время на его месте дорожный перекресток.
Но в 1924 году жизнь здесь кипела. Зал был «огромный, совершенно пустой и неотделанный, со множеством пилястров посредине. Освещение отчасти боковое, отчасти сверху от многих окон в потолке. Надо было это помещение разгородить картонными перегородками на большие комнаты и маленькие кабинеты», – писал К. Сомов В. Воинову 4 апреля 1924 г.. Перегородки были установлены, залы и дополнительные помещения сформированы (выставочных – 11, один – запасник, остальные – технические службы). Сохранилась их схема, начерченная И. Грабарем.
Развеска работ на выставке не была слишком удачной. Невысокие комнаты позволяли размещать в два ряда лишь небольшие работы.
«…Картины развешаны очень тесно и от близкого друг к другу соседства проигрывают. Картин так много, что все невозможно было выставить…», – делится К. Сомов с сестрой А. Михайловой, тоже участницей выставки.
Однако сама выставка получилась богатой: были представлены архитектурные п